Doerty
White Russian Protestant Antiracist
Re: Мы едем-едем-едем
Neformat karasho!
Neformat karasho!
Мы едем-едем-едем
Господь, благослови туристов!
- Thread starter Doerty
- Start date
Nergal
Watch my trick!
- Name
- Коля
- Sex
- мужской
- Messages
- 835
- Joined
- Feb 18, 2007
- Reaction score
- 30
usyara
Moderator
SilverRocket
no escape from noise
- Sex
- женский
- Messages
- 3,141
- Joined
- Aug 20, 2007
- Reaction score
- 8,783
Трент мазафака
vinyl 7"
Re: Мы едем-едем-едем
Я во Львове неделю провел. Мне можно в этой теме отписываться?
h-yeah:
Я во Львове неделю провел. Мне можно в этой теме отписываться?
h-yeah:
Zimbabva
vinyl 12"
Doerty
White Russian Protestant Antiracist
Re: Мы едем-едем-едем
Мой сербский друг Никола, приехавший ко мне с очередным визитом, решил продолжить знакомство с Украиной и посетить Харьков и Донецк. Мне было как-то страшновато пускать его одного на наш Восток, к тому же я сам никогда там не был, так что я отключил телефоны, чтобы не дозвонились с работы, и устроил себе продолжение отпуска. Писать о Харькове, пожалуй, отдаёт самонадеянностью и дурным тоном ввиду многочисленности неформатцев-харьковчан, но я просто вкратце изложу свои впечатления. Мне очень понравились харьковские соборы, к сожалению, не удалось запомнить названий. Тамошние служители настроены благодушнее киевских- моего друга пускали внутрь в шортах, лишь однажды охранник попытался его остановить, но я сказал, что он иностранец. Понравился и современный костёл, возведённый в честь посещения Украины Иоанном Павлом II, внутренняя роспись, на мой взгляд, выполнена скорее в православном стиле. Священник с неопределённым акцентом, судя по фрагменту проповеди, который я услышал, показался мне очень пристойным проповедником. Сумская- главная улица, как я понимаю- симпатичней и уютней Крещатика, похожа на одесские- не особенно широкая, с небольшими дореволюционными зданиями, с двумя хорошенькими парками (Шевченко с обилием аттракционов и кафе и Горького, настоящий лес с канатной дорогой) и уродливым, как в моём родном Днепропетровске, Оперным театром, думаю, постройки годов 70-х. Рядом с Оперным мы натолкнулись на несколько мест, которые, как в Киеве и Днепропетровске, отчего-то считаются обязательными для посещения молодожёнами- главным образом всякие фонтанчики, при взгляде на которые рябит в глазах от вспышек и свадебных платьев. Опять-таки, как и в Днепропетровске и Киеве, окрестности харьковского Оперного, видимо, являются местом сбора всякого рода неформальной молодёжи, только какой-то совсем уж молодой- мы почти не видели людей старше двадцати, в основном же были мальчики и девочки лет по 15. Вообще, молодёжи было какое-то невообразимое количество, Советская площадь просто запружена старшеклассниками, те, кто постарше, оккупировали парк. Было на удивление много красивых девушек, к сожалению, как нам показалось, уж очень застенчивых (знаю, Осик это с лёгкостью опровергнет). В субботу на площади проходил какой-то сникерс-… гкхм… урбонайзер? урбобрейк? урбострайк? В общем, какая-то фестивальная беда с хип-хопом и скейтами, увенчавшаяся концертом ТНМК, под ногами всё хрустело и чавкало от битого стекла и пластиковых бутылок. Когда мы ехали на вокзал, какая-то девушка просто восхитительно исполнила «Один взгляд назад»- никогда не любил «Воскресенье», но у неё получилось куда лучше, чем у Никольского, печально и вместе с тем отстранённо.
Донецк просто поразил меня обилием зелени- сплошные парки и скверы, особенно хорош парк Щербакова со своим озером и набережная реки с прибалтийским названием Кальмиус. Заметно, что скамейки, фонарики и беседки поставлены или обновлены совсем недавно. Одна прекрасная дончанка рассказывала мне, что город очень похорошел за последние пару лет, что явно соответствует действительности, и всё же Донецк не показался мне особенно процветающим- например, я был приятно удивлён, увидев в центре плакат с сэром Полом
in_love- его концерт, 0ак вы помните, прошёл 14-го июня, что не лучшим образом свидетельствует об избытке рекламодателей. Странным показалось то, что в воскресный день было очень мало людей- по-моему, в Харькове на одном квартале мы увидели больше народу, чем в центре Донецка- за весь день, при том, что в Харькове жара была под сорок градусов, а донецкое воскресенье было относительно прохладным. Отыскать мороженное или там воду какую холодную было непросто - даже в центре почти нет киосков. Когда же мы бродили вечером в поисках какого-нибудь паба, одни говорили, что не знают, где он, другие- что не знают, что это такое. Но в итоге мы нашли пару хороших мест, тихий паб в зелёных тонах, с деревянными панелями и «Гиннессом», и "байкерский бар", с соответствующей названию аудиторией и оформлением- выполненным со вкусом, хотя проявленное в некоторых декорациях остроумие показалось мне рассчитанным скорее на дальнобойщиков, чем на байкеров. Мы ещё пытались завееться в расположенный по соседству ночной клуб- Никола, памятуя мой рассказ о не слишком приятном приключении в Будапеште, попросил меня зайти первым и проверить, всё ли в порядке. Попетляв по пустынным переходам и лестницам, я оказался в обширном, погружённом во тьму помещении, где признаки жизни подавали только вентиляторы, величественно вертевшиеся под потолком- видимо, для этого ночного клуба полвторого ночи было слишком поздним временем.
Также мы побывали на матче «Шахтёр»-«Металлист», мой друг хотел посмотреть положение дел с нашим футбольнофанским движением, так что мы купили билеты в шахтёрскую фан-зону. Массовик-затейник, руководивший в микрофон коллективными песнями-плясками, перед началом матча укорял собравшихся нерадивостью в посещении спортивных мероприятий и встреч болельщиков и довольно чётко проявил свои расовые предпочтения («не будьте жлобами, не будьте жидами», «Ну вот какого хера не приходите на тренировки? А ведь там ни одного чёрного, все щирі українці, это тут по полю половина людей со словарём бегает»). Мой друг был разочарован и скандированием, и прыжками, сказал, что «it’s ridiculous», мол, никакой слаженности, и вообще, собрались дети. Он тоскливо поглядывал на сектор с болельщиками из Харькова, чей стройный речитатив долетал до нас с противоположного конца поля- они размахивали руками и плакатами, прыгали-приседали и барабанили со слаженностью команды поддержки из американских молодёжных комедий: «Там лучше в миллион раз». В общем, после перерыва мы отправились болеть за Харьков, но не смогли преодолеть кордон с милиционерами, секьюрити и овчарками.
Вообще же, мой друг снисходительно признал, что наши болельщики ведут себя «более нормально», например, у нас практически не поют песен о противниках, в то время как в Сербии не только прославляют свою команду, но и расписывают сексуальные немощи и желудочные расстройства представителей вражеского стана; всё удивлялся, что нас обыскали так небрежно, в Сербии проверяют каждый карман, ведь «у нас на стадионах убивают», половина приходит с ножами, а то и с пистолетами. Когда милиционеры бросились наводить порядок у харьковчан, зажёгших петарды, сказал, что, если бы их полиция осмелилась на подобное, там всё было бы завалено трупами. Рассказал, что война в Югославии, вообще говоря, началась с потасовки на футбольном стадионе в Загребе- когда сербская полиция пыталась унять страсти, один из хорватских игроков отвесил служителю закона ощутимый пинок. После этого знаменитый Аркан, глава земунского клана, главной сербской группировки, опора режима Слободана Милошевича, призвал на белградском стадионе болельщиков записываться в добровольцы- так костяк фанов белградской «Чрвоной звезды» превратился в первую партию пушечного мяса.
Больше же всего в Донецке мне понравился художественный музей- из фондов более крупных музеев, частных коллекций и мелких аукционов туда поступали второстепенные картины знаменитостей и полотна малоизвестных художников, имена которых зачастую устанавливались уже сотрудниками музея, а до этого считались работами неизвестных мастеров, и при этом там есть подлинные жемчужины, прекрасные, оригинальные, неожиданные- останавливаться на этом не буду, но, если кто-нибудь из неформатцев был в этом музее, с удовольствием обсужу впечатления. Очень жалею, что у меня уже не оставалось денег на 175-гривневый альбом, пришлось ограничится покупкой более дешевого каталога и открыток.
Я был весьма наслышан о свирепости донецких нравов- и в ходе Оранжевой революции, и прежде, поскольку у бандитов моего родного Днепропетровска с донецкими нечто вроде застарелой вендетты. Уже в самом Донецке одна очень милая дама, подробно рассказавшая, как добраться до нашего отеля, сетовала на грубость и жестокость земляков, говорила, как поражает её радушие и любезность киевлян- в Киев она приезжает каждые 90 дней. «По работе?» «Нет, мужу 15 лет дали, 7 уже отъездила». Муж- спортсмен, товарищ по команде сказал «что-то не по понятиям», и он схватился за нож, а «его родной отец кинулся их разборонять». В итоге товарищ был убит, отца едва отреанимировали- я уж и не стал спрашивать, чей был отец, убитого или её мужа. Помимо всего прочего, однажды меня уверяли, что в Донецке лучше не появляться после 9-ти вечера- город поделен между группировками, и людей «не с района» ожидает жестокая расправа. Не хочу притуплять ничью бдительность, но в центральных районах мы беспрепятственно бродили и после часа ночи. Вообще же, хотя, как и моём родном городе, в ответ на расспросы многие смотрели букой, бурчали под нос и шли мимо, нам попадалось много очень вежливых, сердечных людей, которые позволили мне чувствовать себя в Донецке- как ранее в Харькове- как дома, и сожалеть о способности наших лидеров вот уже столько лет натравливать нас друг на друга.
Перед очень красивым центральным собором- конечно же, я забыл его название- я увидел старого знакомого, небольшой постамент архангела Михаила, прежде стоявшего в центре Майдана, кажется, там, где теперь установлен памятник украинским лелекам, оплодотворяющим мир. Честно говоря, эта скульптура никогда мне особенно не нравилась, и всё же она выглядит не столь безвкусно, как более внушительное изваяние архангела, стоящее теперь ближе к Макдоналд’су. Я помню, как мои знакомые горестно сетовали на правительственных коррупционеров, сдавших «такой чудесный» постамент «донецким беспредельщикам», когда Янукович занял пост премьер-министра. На пьедестале статуи значится: «Хай бережуть вас сили Небесні! Мешканці м. Києва донеччанам від щирого серця. Грудень 2002». Могу сказать, что лично мне, как киевлянину, теперь было бы не жаль расстаться и с чем-то более эстетически ценным, от чистого сердца. Пускай Небесные силы берегут их.
Мой сербский друг Никола, приехавший ко мне с очередным визитом, решил продолжить знакомство с Украиной и посетить Харьков и Донецк. Мне было как-то страшновато пускать его одного на наш Восток, к тому же я сам никогда там не был, так что я отключил телефоны, чтобы не дозвонились с работы, и устроил себе продолжение отпуска. Писать о Харькове, пожалуй, отдаёт самонадеянностью и дурным тоном ввиду многочисленности неформатцев-харьковчан, но я просто вкратце изложу свои впечатления. Мне очень понравились харьковские соборы, к сожалению, не удалось запомнить названий. Тамошние служители настроены благодушнее киевских- моего друга пускали внутрь в шортах, лишь однажды охранник попытался его остановить, но я сказал, что он иностранец. Понравился и современный костёл, возведённый в честь посещения Украины Иоанном Павлом II, внутренняя роспись, на мой взгляд, выполнена скорее в православном стиле. Священник с неопределённым акцентом, судя по фрагменту проповеди, который я услышал, показался мне очень пристойным проповедником. Сумская- главная улица, как я понимаю- симпатичней и уютней Крещатика, похожа на одесские- не особенно широкая, с небольшими дореволюционными зданиями, с двумя хорошенькими парками (Шевченко с обилием аттракционов и кафе и Горького, настоящий лес с канатной дорогой) и уродливым, как в моём родном Днепропетровске, Оперным театром, думаю, постройки годов 70-х. Рядом с Оперным мы натолкнулись на несколько мест, которые, как в Киеве и Днепропетровске, отчего-то считаются обязательными для посещения молодожёнами- главным образом всякие фонтанчики, при взгляде на которые рябит в глазах от вспышек и свадебных платьев. Опять-таки, как и в Днепропетровске и Киеве, окрестности харьковского Оперного, видимо, являются местом сбора всякого рода неформальной молодёжи, только какой-то совсем уж молодой- мы почти не видели людей старше двадцати, в основном же были мальчики и девочки лет по 15. Вообще, молодёжи было какое-то невообразимое количество, Советская площадь просто запружена старшеклассниками, те, кто постарше, оккупировали парк. Было на удивление много красивых девушек, к сожалению, как нам показалось, уж очень застенчивых (знаю, Осик это с лёгкостью опровергнет). В субботу на площади проходил какой-то сникерс-… гкхм… урбонайзер? урбобрейк? урбострайк? В общем, какая-то фестивальная беда с хип-хопом и скейтами, увенчавшаяся концертом ТНМК, под ногами всё хрустело и чавкало от битого стекла и пластиковых бутылок. Когда мы ехали на вокзал, какая-то девушка просто восхитительно исполнила «Один взгляд назад»- никогда не любил «Воскресенье», но у неё получилось куда лучше, чем у Никольского, печально и вместе с тем отстранённо.
Донецк просто поразил меня обилием зелени- сплошные парки и скверы, особенно хорош парк Щербакова со своим озером и набережная реки с прибалтийским названием Кальмиус. Заметно, что скамейки, фонарики и беседки поставлены или обновлены совсем недавно. Одна прекрасная дончанка рассказывала мне, что город очень похорошел за последние пару лет, что явно соответствует действительности, и всё же Донецк не показался мне особенно процветающим- например, я был приятно удивлён, увидев в центре плакат с сэром Полом
in_love- его концерт, 0ак вы помните, прошёл 14-го июня, что не лучшим образом свидетельствует об избытке рекламодателей. Странным показалось то, что в воскресный день было очень мало людей- по-моему, в Харькове на одном квартале мы увидели больше народу, чем в центре Донецка- за весь день, при том, что в Харькове жара была под сорок градусов, а донецкое воскресенье было относительно прохладным. Отыскать мороженное или там воду какую холодную было непросто - даже в центре почти нет киосков. Когда же мы бродили вечером в поисках какого-нибудь паба, одни говорили, что не знают, где он, другие- что не знают, что это такое. Но в итоге мы нашли пару хороших мест, тихий паб в зелёных тонах, с деревянными панелями и «Гиннессом», и "байкерский бар", с соответствующей названию аудиторией и оформлением- выполненным со вкусом, хотя проявленное в некоторых декорациях остроумие показалось мне рассчитанным скорее на дальнобойщиков, чем на байкеров. Мы ещё пытались завееться в расположенный по соседству ночной клуб- Никола, памятуя мой рассказ о не слишком приятном приключении в Будапеште, попросил меня зайти первым и проверить, всё ли в порядке. Попетляв по пустынным переходам и лестницам, я оказался в обширном, погружённом во тьму помещении, где признаки жизни подавали только вентиляторы, величественно вертевшиеся под потолком- видимо, для этого ночного клуба полвторого ночи было слишком поздним временем.Также мы побывали на матче «Шахтёр»-«Металлист», мой друг хотел посмотреть положение дел с нашим футбольнофанским движением, так что мы купили билеты в шахтёрскую фан-зону. Массовик-затейник, руководивший в микрофон коллективными песнями-плясками, перед началом матча укорял собравшихся нерадивостью в посещении спортивных мероприятий и встреч болельщиков и довольно чётко проявил свои расовые предпочтения («не будьте жлобами, не будьте жидами», «Ну вот какого хера не приходите на тренировки? А ведь там ни одного чёрного, все щирі українці, это тут по полю половина людей со словарём бегает»). Мой друг был разочарован и скандированием, и прыжками, сказал, что «it’s ridiculous», мол, никакой слаженности, и вообще, собрались дети. Он тоскливо поглядывал на сектор с болельщиками из Харькова, чей стройный речитатив долетал до нас с противоположного конца поля- они размахивали руками и плакатами, прыгали-приседали и барабанили со слаженностью команды поддержки из американских молодёжных комедий: «Там лучше в миллион раз». В общем, после перерыва мы отправились болеть за Харьков, но не смогли преодолеть кордон с милиционерами, секьюрити и овчарками.
Вообще же, мой друг снисходительно признал, что наши болельщики ведут себя «более нормально», например, у нас практически не поют песен о противниках, в то время как в Сербии не только прославляют свою команду, но и расписывают сексуальные немощи и желудочные расстройства представителей вражеского стана; всё удивлялся, что нас обыскали так небрежно, в Сербии проверяют каждый карман, ведь «у нас на стадионах убивают», половина приходит с ножами, а то и с пистолетами. Когда милиционеры бросились наводить порядок у харьковчан, зажёгших петарды, сказал, что, если бы их полиция осмелилась на подобное, там всё было бы завалено трупами. Рассказал, что война в Югославии, вообще говоря, началась с потасовки на футбольном стадионе в Загребе- когда сербская полиция пыталась унять страсти, один из хорватских игроков отвесил служителю закона ощутимый пинок. После этого знаменитый Аркан, глава земунского клана, главной сербской группировки, опора режима Слободана Милошевича, призвал на белградском стадионе болельщиков записываться в добровольцы- так костяк фанов белградской «Чрвоной звезды» превратился в первую партию пушечного мяса.
Больше же всего в Донецке мне понравился художественный музей- из фондов более крупных музеев, частных коллекций и мелких аукционов туда поступали второстепенные картины знаменитостей и полотна малоизвестных художников, имена которых зачастую устанавливались уже сотрудниками музея, а до этого считались работами неизвестных мастеров, и при этом там есть подлинные жемчужины, прекрасные, оригинальные, неожиданные- останавливаться на этом не буду, но, если кто-нибудь из неформатцев был в этом музее, с удовольствием обсужу впечатления. Очень жалею, что у меня уже не оставалось денег на 175-гривневый альбом, пришлось ограничится покупкой более дешевого каталога и открыток.
Я был весьма наслышан о свирепости донецких нравов- и в ходе Оранжевой революции, и прежде, поскольку у бандитов моего родного Днепропетровска с донецкими нечто вроде застарелой вендетты. Уже в самом Донецке одна очень милая дама, подробно рассказавшая, как добраться до нашего отеля, сетовала на грубость и жестокость земляков, говорила, как поражает её радушие и любезность киевлян- в Киев она приезжает каждые 90 дней. «По работе?» «Нет, мужу 15 лет дали, 7 уже отъездила». Муж- спортсмен, товарищ по команде сказал «что-то не по понятиям», и он схватился за нож, а «его родной отец кинулся их разборонять». В итоге товарищ был убит, отца едва отреанимировали- я уж и не стал спрашивать, чей был отец, убитого или её мужа. Помимо всего прочего, однажды меня уверяли, что в Донецке лучше не появляться после 9-ти вечера- город поделен между группировками, и людей «не с района» ожидает жестокая расправа. Не хочу притуплять ничью бдительность, но в центральных районах мы беспрепятственно бродили и после часа ночи. Вообще же, хотя, как и моём родном городе, в ответ на расспросы многие смотрели букой, бурчали под нос и шли мимо, нам попадалось много очень вежливых, сердечных людей, которые позволили мне чувствовать себя в Донецке- как ранее в Харькове- как дома, и сожалеть о способности наших лидеров вот уже столько лет натравливать нас друг на друга.
Перед очень красивым центральным собором- конечно же, я забыл его название- я увидел старого знакомого, небольшой постамент архангела Михаила, прежде стоявшего в центре Майдана, кажется, там, где теперь установлен памятник украинским лелекам, оплодотворяющим мир. Честно говоря, эта скульптура никогда мне особенно не нравилась, и всё же она выглядит не столь безвкусно, как более внушительное изваяние архангела, стоящее теперь ближе к Макдоналд’су. Я помню, как мои знакомые горестно сетовали на правительственных коррупционеров, сдавших «такой чудесный» постамент «донецким беспредельщикам», когда Янукович занял пост премьер-министра. На пьедестале статуи значится: «Хай бережуть вас сили Небесні! Мешканці м. Києва донеччанам від щирого серця. Грудень 2002». Могу сказать, что лично мне, как киевлянину, теперь было бы не жаль расстаться и с чем-то более эстетически ценным, от чистого сердца. Пускай Небесные силы берегут их.
Doerty
White Russian Protestant Antiracist
Re: Мы едем-едем-едем
Надеюсь, стереотипы донеччан относительно Киева тоже не оправдываются))
usyara
Moderator
Re: Мы едем-едем-едем
всем привет. вот я и вернулся со своего путешествия в Израль, так же я посетил одно из новых чудес света - город Петра в Йордании.
итак: 10 days on the Holy Land
все началось в прошлый понедельник.
Воскресенье. 23:35 - вылет с Борисполя на Boeing 737 международных Израильских авиалиний El-Al. Сначала немного смутило приветсвие стюардессы на иврите, но когда она поняла, что я нихрена не понимаю, перешла на английский и стало уютнее что ли)
в 2,45 посадка в Тель-Авиве в Международном аэропорту имени Бен Гуриона. после пасспортного контроля встреча с представителем туристической конторы и переезд в отель в городе Нетания. следует отдельно отметить климат - очень большая влажность, поэтому постоянное ощущение, что вот-вот пойдет ливень, но не смотря на тучи ничего не происходит, так как дожди в Израиле идут только зимой...и то редко.
встав в часов 7 утра и решив перекурить, я роздуплился что из окна видно Средиземное море, которое ночью я вообще не заметил так как очень хотелось спать и я особо не роздуплялся в какую сторону мы вообще едем.
в первый же день умудрился спалить ноги на солнышке, пришлось 2 дня мучится, так как ходить было не очень комфортно но экскурсии пропускать не хотелось.
в среду началось знакомство с историческими и библейскими местами.
12.08
путешествие по маршруту "Галилея Християнская":
- Долина Аргмагеддон - где по преданию должна состоятся последняя битва между добром и злом
- Назарет - очень красивый арабский город
- Храм Благовещени
- Поездка вдоль озера Кинерет, которое евреи называют Морем Галилейским (21км - макс длинна, 12км - макс ширина)
- Тверия
- Гора Блаженств - место Нагорной Проповеди
- Табха - храм Умножения Хлебов и Рыб
вернулся в гостинницу под огромнейшим впечатлением.
13.08
в 6 утра выезд из гостинныцы и поездка по маршруту "Монастыри. Пещеры"
- около 10 часов мы приехали к монатирю Латрун - место где живут монахи-молчаники. Очень милые люди, правда не очень розговорчивые) занимаются сельским хозяйством и делают просто отменные вина, которые с удовольствием дают попробовать. Очень понравился Эликсир - очень вкусная и крепкая (около 50 градусов) настойка больше чем на 40 травах .
- Эммаус - место появления Иисуса после воскрешения
- Сталкактитовые пещеры - уникальное место создано природой
- Могила пророка Самуила
- Эйн-Керем - место рождения Иоанна Крестителя
и парочка сюрпризов от нашего гида)
первым стал обед. в автобусе я немного задремал, а когда открыл глаза - очень удивился, ведь передо мной стоял памятник Королю рок-н-ролла - Элвису. Как выяснилось владелец кафешки - преданый фанат Пресли, поэтому решил сделать забегаловку в духе 60х. Внутри я нашел еще примерно 5 Элвисов в полный рост, все стены в фото, вырезках с журналов...музыка соотвественно тоже. Улыбнуло то, что вместе с кофе парят чашки "в подарок"...но вцелом атмосфера очень позитивная. В этой кафешке, в день смерти Элвиса, проводили конкурс двойником, но к сожалению не было возможности туда попасть.
после окончания экскурсии, еще один сюрприз - мы сворачиваем с шоссе и направляемся в сторону гор. там небольшой кибуц (маленькое поселение, занимающееся сельским хозяйством), с приближением ощущается приятный запах востока - тут делают разнообразные прянности. вдоволь напробовавшись прянностей и сладостей, замученный но довольные, падаю на кровать в гостиннице и вырубаюсь.
14.08
поездка в Хайфу и посещение Бахайских садов - завораживающее зрелище.
потом поездка на другую сторону Хайфского залива и прогулки по Акко - столице крестоносцев. Так же прогулки по подземным залам и проход под городом по туннелю Тампильеров
15.08
можно сказать день отдыха. поездка в Тель-Авив. прогулки по Яффо и посещение Алмазной биржи. Где нам хотели активно напарить бриллианты)
16.08
одна из самых утомительных и интересных экскурсий - поездка в Иерусалим.
- Панорама города
- Прогулки по старым кварталам
- Гефсиманский сад Масличной горы
- Церковь Страстей Господних
- Храм Успения Богородицы
- Гора Сион - Горница тайной Вечери
- Храм Гроба Господня - место захоронения Иисуса
- Голгофа
- Стена Плача
- Церковь всех религий
17.08
покидаю отель в Нетании и на автобусе переезд в Ейлат - самая южная точка Израиля. 5 минут до границы с Эгиптом (Таба) и минут 10 до границы с Йорданией (Акаба). Самое интересное, что если стоять возле КПП с Египтом - видно сразу 4 страны - Израиль, Эгипет и Йордания, Саудовская Аравия (последние 2 с другой стороны Эйлатского залива)
18.08
Долгожданная поездка в город Петра (Йордания) - Это место признано одним из новых чудес света (второе после Китайской Стены).
Гидом оказался настоящий араб, что сделало поездку еще более калоритной. Сначала он всю группу (12 человек) повез к себе домой, где мне пришлось попробовать Арабский кофе и отличный мятный чай.
вечерком опять таки строгий пасспортный контроль на границе и возвращение в отель.
19.08
свободный день - купание в красном море, прогулки на кораблике..собирание чемоданов...
20.08
в 12.45 вылет с Эйлата внутренней авиалинией Israir. при проходе через службу безопасности, все вещи проверяются вручную...
13.45 - прилет в Тель-Авив. во внутренний аэропорт Сде Дов. Переезд в Международный аэропора им. Бен Гуриона...пасспортный контроль...очередная проверка вещей (опять вручную)....
18.55 - вылет домой...
PS: скоро фотки кину
Добавлено через 1 час 44 минуты
фотки:
Netanya
Храм Крещения в городе Назарет
Подарок Храму Крещения от украинцев с Канады
Озеро Кинерет
Река Йордан - место Крещения
Монастырь 12 Апостолов
Монастырь Молчанников
Монастырские вина
Иудейские горы
Сталактитовые пещеры
у Элвиса
Лавка прянностей
Бахайские сады
Акко - город крестоносцев
Jerusalem
Храм Гроба Господнего
Красное море
КПП с Йорданией
Горы Йордании
Петра
Tel-Aviv с воздуха
всем привет. вот я и вернулся со своего путешествия в Израль, так же я посетил одно из новых чудес света - город Петра в Йордании.
итак: 10 days on the Holy Land
все началось в прошлый понедельник.
Воскресенье. 23:35 - вылет с Борисполя на Boeing 737 международных Израильских авиалиний El-Al. Сначала немного смутило приветсвие стюардессы на иврите, но когда она поняла, что я нихрена не понимаю, перешла на английский и стало уютнее что ли)
в 2,45 посадка в Тель-Авиве в Международном аэропорту имени Бен Гуриона. после пасспортного контроля встреча с представителем туристической конторы и переезд в отель в городе Нетания. следует отдельно отметить климат - очень большая влажность, поэтому постоянное ощущение, что вот-вот пойдет ливень, но не смотря на тучи ничего не происходит, так как дожди в Израиле идут только зимой...и то редко.
встав в часов 7 утра и решив перекурить, я роздуплился что из окна видно Средиземное море, которое ночью я вообще не заметил так как очень хотелось спать и я особо не роздуплялся в какую сторону мы вообще едем.
в первый же день умудрился спалить ноги на солнышке, пришлось 2 дня мучится, так как ходить было не очень комфортно но экскурсии пропускать не хотелось.
в среду началось знакомство с историческими и библейскими местами.
12.08
путешествие по маршруту "Галилея Християнская":
- Долина Аргмагеддон - где по преданию должна состоятся последняя битва между добром и злом
- Назарет - очень красивый арабский город
- Храм Благовещени
- Поездка вдоль озера Кинерет, которое евреи называют Морем Галилейским (21км - макс длинна, 12км - макс ширина)
- Тверия
- Гора Блаженств - место Нагорной Проповеди
- Табха - храм Умножения Хлебов и Рыб
вернулся в гостинницу под огромнейшим впечатлением.
13.08
в 6 утра выезд из гостинныцы и поездка по маршруту "Монастыри. Пещеры"
- около 10 часов мы приехали к монатирю Латрун - место где живут монахи-молчаники. Очень милые люди, правда не очень розговорчивые) занимаются сельским хозяйством и делают просто отменные вина, которые с удовольствием дают попробовать. Очень понравился Эликсир - очень вкусная и крепкая (около 50 градусов) настойка больше чем на 40 травах .
- Эммаус - место появления Иисуса после воскрешения
- Сталкактитовые пещеры - уникальное место создано природой
- Могила пророка Самуила
- Эйн-Керем - место рождения Иоанна Крестителя
и парочка сюрпризов от нашего гида)
первым стал обед. в автобусе я немного задремал, а когда открыл глаза - очень удивился, ведь передо мной стоял памятник Королю рок-н-ролла - Элвису. Как выяснилось владелец кафешки - преданый фанат Пресли, поэтому решил сделать забегаловку в духе 60х. Внутри я нашел еще примерно 5 Элвисов в полный рост, все стены в фото, вырезках с журналов...музыка соотвественно тоже. Улыбнуло то, что вместе с кофе парят чашки "в подарок"...но вцелом атмосфера очень позитивная. В этой кафешке, в день смерти Элвиса, проводили конкурс двойником, но к сожалению не было возможности туда попасть.
после окончания экскурсии, еще один сюрприз - мы сворачиваем с шоссе и направляемся в сторону гор. там небольшой кибуц (маленькое поселение, занимающееся сельским хозяйством), с приближением ощущается приятный запах востока - тут делают разнообразные прянности. вдоволь напробовавшись прянностей и сладостей, замученный но довольные, падаю на кровать в гостиннице и вырубаюсь.
14.08
поездка в Хайфу и посещение Бахайских садов - завораживающее зрелище.
потом поездка на другую сторону Хайфского залива и прогулки по Акко - столице крестоносцев. Так же прогулки по подземным залам и проход под городом по туннелю Тампильеров
15.08
можно сказать день отдыха. поездка в Тель-Авив. прогулки по Яффо и посещение Алмазной биржи. Где нам хотели активно напарить бриллианты)
16.08
одна из самых утомительных и интересных экскурсий - поездка в Иерусалим.
- Панорама города
- Прогулки по старым кварталам
- Гефсиманский сад Масличной горы
- Церковь Страстей Господних
- Храм Успения Богородицы
- Гора Сион - Горница тайной Вечери
- Храм Гроба Господня - место захоронения Иисуса
- Голгофа
- Стена Плача
- Церковь всех религий
17.08
покидаю отель в Нетании и на автобусе переезд в Ейлат - самая южная точка Израиля. 5 минут до границы с Эгиптом (Таба) и минут 10 до границы с Йорданией (Акаба). Самое интересное, что если стоять возле КПП с Египтом - видно сразу 4 страны - Израиль, Эгипет и Йордания, Саудовская Аравия (последние 2 с другой стороны Эйлатского залива)
18.08
Долгожданная поездка в город Петра (Йордания) - Это место признано одним из новых чудес света (второе после Китайской Стены).
Гидом оказался настоящий араб, что сделало поездку еще более калоритной. Сначала он всю группу (12 человек) повез к себе домой, где мне пришлось попробовать Арабский кофе и отличный мятный чай.
вечерком опять таки строгий пасспортный контроль на границе и возвращение в отель.
19.08
свободный день - купание в красном море, прогулки на кораблике..собирание чемоданов...
20.08
в 12.45 вылет с Эйлата внутренней авиалинией Israir. при проходе через службу безопасности, все вещи проверяются вручную...
13.45 - прилет в Тель-Авив. во внутренний аэропорт Сде Дов. Переезд в Международный аэропора им. Бен Гуриона...пасспортный контроль...очередная проверка вещей (опять вручную)....
18.55 - вылет домой...
PS: скоро фотки кину
Добавлено через 1 час 44 минуты
фотки:
Netanya
Храм Крещения в городе Назарет
Подарок Храму Крещения от украинцев с Канады
Озеро Кинерет
Река Йордан - место Крещения
Монастырь 12 Апостолов
Монастырь Молчанников
Монастырские вина
Иудейские горы
Сталактитовые пещеры
у Элвиса
Лавка прянностей
Бахайские сады
Акко - город крестоносцев
Jerusalem
Храм Гроба Господнего
Красное море
КПП с Йорданией
Горы Йордании
Петра
Tel-Aviv с воздуха
ray:
Doerty
White Russian Protestant Antiracist
Re: Мы едем-едем-едем
...В те годы дальние, глухие,
В сердцах царили сон и мгла:
Победоносцев над Россией
Простёр совиные крыла
И не было ни дня, ни ночи,
А только тень огромных крыл;
Он дивным взором очертил
Россию, заглянув ей в очи
Стеклянным взором колдуна
Александр Блок
Любопытно наблюдать, как подчас ум и проницательность человека вступают в конфликт с его идеологическими воззрениями- в этом смысле чрезвычайно интересно творчество Довженко. Впрочем, это уже офтоп.
Мой друг, серб Никола, всегда симпатизировал Лукашенко- по той причине, что тот оказался одним из немногих мировых лидеров, кто всегда высказывался в поддержку Сербии. При этом, несколько раз побывав в Минске и других белорусских городах, он явился для меня ценнейшим источником информации о том, что творится в этой стране. Могу сказать, что вещи, о которых Никола рассказывал с недоумением и каким-то потешным недоверием, не вызывали у меня никакого удивления- я хорошо их помню, потому что фактически это рассказы о стране, в которой я жил двадцать лет назад.
Я с радостью принял предложение Николы провести вместе с ним день в Гомеле, где он до этого не был- я же вообще впервые выбирался в Беларусь. Могу сказать, что всё оказалось именно так, как я себе и представлял, только немного хуже.
Утверждать, будто я совершил путешествие на Машине времени в Советский Союз, было бы, конечно, преувеличением. Есть ларьки с кока-колой и пивом- производства Беларуси, России и Украины, есть магазины, в которых тоже в принципе всё есть, включая бытовую технику- и тоже отечественного производства, никаких тебе буржуйских филипсов; зато в супермаркете есть даже «Килкенни» (хотя там же я не обнаружил ни одной знакомой зубной пасты, кроме российского «Жемчуга»). Есть- ну, в общем-то, почти нет, но изредка попадается- наружная реклама, есть нечто вроде дискотек и ночных клубов, до одиннадцати вечера на улицах ещё можно увидеть молодёжь неформального вида. Иногда можно лицезреть даже звериный оскал капитализма- после того, как в Москве позакрывали казино, городские власти Гомеля отдали москвичам под игорный дом один из роддомов (Возможно, это не так уж нецелесообразно: рождаемость в последнее время сильно упала, хотя Лукашенко силится убедить всех, что Гомель, на предприятия которого в массовом порядке отправляют по распределению выпускников, очищен от радиации (он даже прожил десять дней в Гомеле, чтобы показать, что опасности никакой- поступок не менее мужественный, чем подвиг Щербицкого, в 86-м, когда киевляне в панике бежали из города, отправившего своих внуков на Хрещатик на первомайскую демонстрацию), да и раньше её особенно-то не было, женщины просто бояться рожать из-за высокого процента различных врождённых пороков, отклонений и уродств). И всё же, оказавшись на улицах Гомеля, я будто вернулся в блаженные времена своего детства. Я уже забыл, насколько уныло выглядят наши здания, от пышного сталинского ампира до уродливых грузных построек семидесятых, лишённые плакатов, объявлений и гирлянд. Витрины магазинов по большей части пусты, забраны решётками, надписи, похоже, были сделаны лет пятьдесят назад- как и выставленные товары. Одежда под вывесками вроде «Модный хит» была модной лет сорок назад, в витрине с надписью «Электротовары» выставлен дешёвый фаянсовый сервиз, а с надписью «Изделия из пластмассы»- подарочные упаковки. При этом в самом магазине есть и электротовары, и пластмасса, но очевидно- как по отсутствию рекламы, так и по поведению продавцов- что из-за отсутствия конкуренции никто не заинтересован в том, чтобы всё это покупалось. В книжном магазине сплошь российские издания, есть неплохой выбор интеллектуальной прозы, детективы-фантастика, классика философии, на историческую тематику почти ничего, на политическую- вообще ничего. Из белорусских книг есть альбомы с достопримечательностями, популярная психология вроде Наполеона Хилла, издания белорусских классиков- в одинаковых белых дешёвых переплётах, несколько томов воспоминаний о партизанском движении. Из современных писателей- парочка каких-то самодельных изданий, из переводов иностранных писателей, хоть на белорусский, хоть на русский- ничего. Я не был уверен в том, что увидел всё, поскольку нас быстро выставили из магазина «на обеденный перерыв», и поэтому несколько раз спросил, верно ли моё впечатление, что современная белорусская литература нигде не издаётся. Мне сказали, что в Минске периодически проходят ночные (?) книжные выставки, и там что-то можно достать.
День мы провели, осматривая достопримечательности. Как написано в Большой советской энциклопедии, во время Великой отечественной город был полностью разрушен и затем перестроен, кроме того, чего в БСЭ не написано, множество церквей и исторических памятников было разрушено до Великой отечественной. Однако кое-что всё же сохранилось, в первую очередь- имение Румянцевых-Паскевичей, с красивым парком над Сожем и изысканными клациссистическими дворцом и собором Святых Петра и Павла. Хочу сказать несколько слов о Николае Румянцеве, знаменитом государственном деятеле Российской Империи конца 18-го начала 19-го века, образцовом свидетельстве того, чего могла бы добиться страна, если бы ею руководили столь талантливые и благородные люди. Для Гомеля, которым семья Румянцева владела как имением, он стал настоящим добрым гением- пригласив британских архитекторов, он строил церкви различных конфессий, больницы, учебные заведения, организовал первую в империи т.н. «ланкастерскую» школу, в которой могли учиться крестьянские дети, будучи сторонником теории Адама Смита, строил мануфактуры, на которых внедрял передовые методы управления и работы. При этом, пытаясь привить на родной земле прогрессивные экономические и производственные методы, он самым активным образом способствовал историческим изысканиям, организовывал разнообразные археологические экспедиции, архивные работы, издавал труды по истории Беларуси. После его смерти брат, согласно его завещанию, передал город государству. Разумеется, после революции память о «хорошем» царском чиновнике постарались стереть из памяти горожан- улицу его имени переименовали, большинство сооружений уничтожили и проч., однако с начала девяностых он снова стал здешним культурным героем.
Памятник Николаю Петровичу Румянцеву
Дворец Румянцевых-Паскевичей, образец российского классицизма.
Собор Петра и Павла, ещё один клацисситический шедевр: строго и со вкусом.
Часовня-усыпальница князей Паскевичей, славная башенка а-ля собор Василия Блаженного.
Так же мы побывали в очень интересной библиотеке Паскевича, видного полководца, героя войны с Наполеоном и турецких войн, а также славного подавителя польского национально-освободительного движения- в чём его, пожалуй, было бы не особенно разумно обвинять, учитывая о-времена-о-нравы. Этот человек, ставший самым молодым фельдмаршалом в российской истории, которому посвящал восторженные строчки Пушкин, собрал превосходную библиотеку, пополнявшуюся его потомками, не чуждыми муз- его невестка, к примеру, стала первым переводчиком «Войны и мир» на французский язык. Я провёл восхитительный час, разглядывая старые фолианты- экскурсовод была очень мила, интересно рассказывала об истории собрания, но о самих книгах, в том числе весьма известных, имела смутное представление. Так, зачем-то рассказывая о содержании «Тристрама Шенди» Стерна- хотя я поспешил предупредить её, что читал роман- явно спутала его с другим произведением Стерна, «Сентиментальным путешествием», и явно не знала, что Фенимор Купер- американский писатель.
На улице двое молодых людей, парень и девушка, обратили внимание на наши сербские футболки. Узнав, что мы иностранцы, они спросили, что мы успели повидать, и предложили показать нам оставшиеся достопримечательности. Мы с благодарностью согласились, нас загрузили в машину и отвезли к охотничьему домику Румянцева, новому костёлу и паре красивых зданий. По дороге мы разговорились- беседа началась с вопроса о том, что, на самом деле, произошло в Осетии, поскольку у них доступна только официальная точка зрения о благородной и победоносной России и коварной злобной Грузии. Моя позиция в связи с конфликтом их явно разочаровала, и я поспешил расспросить их о телевидении. В общем, они рассказали мне примерно то, что я слышал и раньше- на телевидении, помимо белорусских каналов, господствуют российские, но даже на них новостийные выпуски подвергаются жёсткой цензуре. Есть некий оппозиционный заграничный канал, который можно поймать по спутнику, но его программы мало кто видел. «А Интернет?» Монополией на Интернет владеет государство, и поэтому он довольно дорог и, главное, медленен, и потому не распространён. Кстати сказать, я заходил в один из Интернет-клубов- он, вместе с какими-то телефонными коммуникациями, размещался в учреждении под названием «Центральный пункт коллективного пользования»- и обратил внимание на очередь: мне сказали, что в городе есть и другие интернет-клубы, но этот единственный «быстрый». В общем, эти двое рассказали много всего о прелестях современной Беларуси- о полном замалчивании ситуации с радиацией; о химическом заводе, выстроенном за городом, с такой неудачной розой ветров, что город постоянно накрывает волной зловония, не говоря уже о том, что новые районы строят рядом с ним, о настоящих горах отходов, которые хотели купить и оттранспортировать японцы, и которые японцам не продали, решив, что раз они так нужны японцам, то белорусам они нужнее, хотя никто не знает, что с ними делать (аналогичная история произошла в Кривом Рогу в начале 80-х- японцы предлагали бесплатно поставить на заводах очистительные фильтры с тем, чтобы забирать осадок, некие ценные металлы, но наши руководители предпочли, чтобы эти металлы не доставались врагу, а оседали в лёгких криворожцев); о планомерном уничтожении белорусской культуры- языка, литературы, музыки, памятников старины, в частности, о снесении старых зданий в Гродно и заложении 500-летней брусчатки плиткой; об оппозиции, которая, по всей видимости, является искусственным, карманным созданием режима, давно физически уничтожившего или изгнавшего настоящих оппозиционеров.
Вечером мы отправились в ночной клуб, который как Интернет, так и гомельчане, которых мы спрашивали, рекомендовали как лучший в городе- «если у вас, конечно, есть деньги». В баре и дискотеке клуба никого не было, и мы уселись в ресторане, где несколько столиков были заняты. Оформление- неуютный хайтековский стиль, жёлтые стены, узкие розовые покрывала накрест через белые, телевизоры с подборкой клипов Кайли Миноуг, гремящая электроника из пустой дискотеки, множество медлительных неулыбчивых официанток- Никола вспомнил, как в ресторане минской гостиницы он полчаса дожидался яичницы, в результате подгоревшей, в окружении полудесятка мрачных официантов.
-Я возьму гиннесс, -сказал я Николе.
-У них есть гиннесс?
-Ну разумеется, -я снисходительно ткнул его в меню, -в Белоруссии всё есть.
-Гиннесс? –официантка посмотрела на меня с таким недоумением, как будто впервые услышала это слово, и, я
бы сказал, с осуждением. Я даже смешался.
-Ну да, -говорю, -вот, у вас указано.
-Нет, нету гиннесса.
Была балтика, славутич и какое-то белорусское пиво, более дорогое, чем гиннесс, от которого мы решили воздержаться, потому что пиво производят в гомельской области, и заказали копеечную фанту. Через некоторое время толстая тётка со значком «Администратор» стала обходить занятые столики.
-У нас с десяти вход платный. Если вы останетесь, вы должны будете заплатить.
Никола был ошеломлён.
-Но ведь мы пришли до десяти.
-Бесплатно вы можете находится только до десяти, а сейчас вы должны решить, остаётесь вы или уходите.
-Тогда, -говорю, -мы хотели бы получить счёт.
Администратор кивнула и ушла, однако никакого счёта мы не получили. Минут через пять я подозвал одну из официанток и попросил её принести счёт. Она тоже кивнула и ушла- и больше я её не видел. В результате, когда другая официантка принесла нам счёт, была уже половина одиннадцатого- с десяти туда не вошёл ни один человек. Когда мы уходили, танцпол и бар были по-прежнему пусты.
На улице Николу поразила скудость освещения.
-Экономят электричество, -говорю, -и правильно делают- людей всё равно почти нет.
И всё же ночная жизнь в Гомеле продолжалась. Мы зашли в кинотеатр, надеясь скоротать время до 2-хчасового поезда, и нам на перехват бросился какой-то потрёпанный тип в спортивном костюме. Оказалось, кино уже закончилось, а с 11-ти вечера здесь платная дискотека. По соседству был ресторан, возле которого толпились приличного вида молодые люди, которые возмущённо галдели, мол, что это такое- говорят, свободных мест нет, а вон же, видно через дверь, половина мест свободно,ну ничего, может, через полчасика откроют. Когда мы уходили, я обратил внимание, что постеры к «Красавчику» и «Мумии», которые шли в кинотеатре, выглядят как-то странно. Оказалось, что они были нарисованы от руки. На другом кинотеатре в центре содержание плакатов ограничивалось разноцветными названиями картин.
Побродив по городу- на улицах стоял настоящий смрад, я подозреваю, проявила себя упомянутая роза ветров над химическим заводом- мы в результате наткнулись на очень симпатичную забегаловку, как я понял, единственную, работающую в городе в это время, забитую народом, прокуренную, с приветливым и быстрым обслуживанием.
Когда мы гуляли по Гомелю после 12-ти, Николу просто потрясла вещь, которая лично мне казалась совершенно естественной- потом он просто изводил меня воспоминаниями о ней: в домах практически не горел свет. Сначала он всё пытался убедить меня, что это не жилые здания, что этого просто не может быть, но потом в некоторых мы всё же обнаружили светящиеся окна- по одному, по два на квартал. Я сказал, считаю это совершенно нормальным- заняться ночью нечем, друзей в вечер понедельника никто не зовёт, читать на ночь мало кто станет. «Ну а телевизор смотреть? А просто сидеть с семьёй?» Я сказал, что, думаю, в такой стране будничный дневной распорядок, навязываемый Системой, постепенно подчиняет себе образ жизни отдельного человека. Насколько я помню, в СССР жизнь тоже затихала после девяти вечера. Хочу отметить, что Никола всегда жаловался на своих соотечественников, на молодёжь, у которых день будто начинается после 12-ти ночи- мол, лентяи, разгильдяи и паразиты, но тут он сказал, что это ещё хуже, что это болезненно, неестественно, ненормально.
И всё-таки Никола утверждал, что я вижу всё в чёрном свете, что на самом деле Лукашенко молодец и в Белоруссии очень много хорошего. «Что, например?» «Ну, тут очень чисто, никакого граффити». Совершенно верно, очень чисто, и граффити нет. «Предпочитаю, чтобы всё было завалено мусором, ещё что?» «Ну, он защищает отечественного производителя». То есть препятствует появлению на рынке продукции иностранных производителей- я вовсе не уверен, что это так уж хорошо, учитывая опыт знакомства с отечественными бытовыми приборами и тем обстоятельством, что один из крупнейших мясокомбинатов, пивоваренные заводы и проч. находятся в радиоактивной гомельской области. «Ну, и он защищает своих граждан от Запада». И при этом уничтожает самобытную национальную культуру.
Когда я в начале упоминал о том, что ситуация несколько превзошла мои плохие ожидания, я говорил в первую очередь о людях. Именно люди- за редким исключением, о некоторых я упоминал- произвели на меня наиболее гнетущее впечатление. В самом начале нашего гомельского вояжа, когда мы сидели на одной из двух главных гомельских улиц, улице Ленина, и обедали своими припасами, Никола поэтично озвучил мои собственные мысли:
-Посмотри, они идут, как зомби, как в «84-м»- тихие, безучастные, почти никто ни с кем не разговаривает.
В самом деле, гомельчане- Никола уверял, что в других белорусских городах люди такие же- кажутся удивительно апатичными. В упомянутой мной ночной забегаловке, среди неформальной молодёжи была совершенно нормальная, непринуждённая, живая атмосфера, но это было бросающимся в глаза диссонансом в общем ритме. Когда мы обращались к людям, нам обычно отвечали неприветливо, односложно и даже испуганно. Я далёк от мысли, что режим Лукашенко так их затюкал, на мой взгляд, наоборот- именно из-за этого безразличия, какой-то бросающейся в глаза ограниченности большинство и выбирает его раз за разом, а потом уверяет, что мы мол всем довольны.
Очень показательный момент- несколько раз нам попадались плакаты, напоминавшие о том, что через месяц должны пройти парламентские выборы, и при этом никаких признаков предвыборной кампании. Я несколько раз спрашивал, что это у вас за выборы такие, и каждый раз ответ был примерно таков: «Выборы? Какие выборы? А, ну да, висят же какие-то плакаты». Никола вспомнил, как во время его первого визита в Беларусь, когда у них проходили выборы президента, на таможне его спросили, не ввозит ли он иностранные газеты с посящёнными им статьями.
В завершение хочу сказать о сравнении Беларуси Лукашенко с СССР- может показаться, что Беларусь осовремененный вариант Союза, с относительным товарным изобилием и очевидными признаками современной городской жизни, однако с моей точки зрения это лишь плохая карикатура, нелепый проект повернуть вспять жизнь целой страны и законсервировать её. Обладая множеством пороков СССР, Беларусь лишена его достоинств, в первую очередь, мощи и обаяния его культуры и искусства, являясь, по сути, аграрным вариантом латиноамериканской «банановой республики», жалким анахронизмом, настоящим «сонным царством».
...В те годы дальние, глухие,
В сердцах царили сон и мгла:
Победоносцев над Россией
Простёр совиные крыла
И не было ни дня, ни ночи,
А только тень огромных крыл;
Он дивным взором очертил
Россию, заглянув ей в очи
Стеклянным взором колдуна
Александр Блок
Любопытно наблюдать, как подчас ум и проницательность человека вступают в конфликт с его идеологическими воззрениями- в этом смысле чрезвычайно интересно творчество Довженко. Впрочем, это уже офтоп.
Мой друг, серб Никола, всегда симпатизировал Лукашенко- по той причине, что тот оказался одним из немногих мировых лидеров, кто всегда высказывался в поддержку Сербии. При этом, несколько раз побывав в Минске и других белорусских городах, он явился для меня ценнейшим источником информации о том, что творится в этой стране. Могу сказать, что вещи, о которых Никола рассказывал с недоумением и каким-то потешным недоверием, не вызывали у меня никакого удивления- я хорошо их помню, потому что фактически это рассказы о стране, в которой я жил двадцать лет назад.
Я с радостью принял предложение Николы провести вместе с ним день в Гомеле, где он до этого не был- я же вообще впервые выбирался в Беларусь. Могу сказать, что всё оказалось именно так, как я себе и представлял, только немного хуже.
Утверждать, будто я совершил путешествие на Машине времени в Советский Союз, было бы, конечно, преувеличением. Есть ларьки с кока-колой и пивом- производства Беларуси, России и Украины, есть магазины, в которых тоже в принципе всё есть, включая бытовую технику- и тоже отечественного производства, никаких тебе буржуйских филипсов; зато в супермаркете есть даже «Килкенни» (хотя там же я не обнаружил ни одной знакомой зубной пасты, кроме российского «Жемчуга»). Есть- ну, в общем-то, почти нет, но изредка попадается- наружная реклама, есть нечто вроде дискотек и ночных клубов, до одиннадцати вечера на улицах ещё можно увидеть молодёжь неформального вида. Иногда можно лицезреть даже звериный оскал капитализма- после того, как в Москве позакрывали казино, городские власти Гомеля отдали москвичам под игорный дом один из роддомов (Возможно, это не так уж нецелесообразно: рождаемость в последнее время сильно упала, хотя Лукашенко силится убедить всех, что Гомель, на предприятия которого в массовом порядке отправляют по распределению выпускников, очищен от радиации (он даже прожил десять дней в Гомеле, чтобы показать, что опасности никакой- поступок не менее мужественный, чем подвиг Щербицкого, в 86-м, когда киевляне в панике бежали из города, отправившего своих внуков на Хрещатик на первомайскую демонстрацию), да и раньше её особенно-то не было, женщины просто бояться рожать из-за высокого процента различных врождённых пороков, отклонений и уродств). И всё же, оказавшись на улицах Гомеля, я будто вернулся в блаженные времена своего детства. Я уже забыл, насколько уныло выглядят наши здания, от пышного сталинского ампира до уродливых грузных построек семидесятых, лишённые плакатов, объявлений и гирлянд. Витрины магазинов по большей части пусты, забраны решётками, надписи, похоже, были сделаны лет пятьдесят назад- как и выставленные товары. Одежда под вывесками вроде «Модный хит» была модной лет сорок назад, в витрине с надписью «Электротовары» выставлен дешёвый фаянсовый сервиз, а с надписью «Изделия из пластмассы»- подарочные упаковки. При этом в самом магазине есть и электротовары, и пластмасса, но очевидно- как по отсутствию рекламы, так и по поведению продавцов- что из-за отсутствия конкуренции никто не заинтересован в том, чтобы всё это покупалось. В книжном магазине сплошь российские издания, есть неплохой выбор интеллектуальной прозы, детективы-фантастика, классика философии, на историческую тематику почти ничего, на политическую- вообще ничего. Из белорусских книг есть альбомы с достопримечательностями, популярная психология вроде Наполеона Хилла, издания белорусских классиков- в одинаковых белых дешёвых переплётах, несколько томов воспоминаний о партизанском движении. Из современных писателей- парочка каких-то самодельных изданий, из переводов иностранных писателей, хоть на белорусский, хоть на русский- ничего. Я не был уверен в том, что увидел всё, поскольку нас быстро выставили из магазина «на обеденный перерыв», и поэтому несколько раз спросил, верно ли моё впечатление, что современная белорусская литература нигде не издаётся. Мне сказали, что в Минске периодически проходят ночные (?) книжные выставки, и там что-то можно достать.
День мы провели, осматривая достопримечательности. Как написано в Большой советской энциклопедии, во время Великой отечественной город был полностью разрушен и затем перестроен, кроме того, чего в БСЭ не написано, множество церквей и исторических памятников было разрушено до Великой отечественной. Однако кое-что всё же сохранилось, в первую очередь- имение Румянцевых-Паскевичей, с красивым парком над Сожем и изысканными клациссистическими дворцом и собором Святых Петра и Павла. Хочу сказать несколько слов о Николае Румянцеве, знаменитом государственном деятеле Российской Империи конца 18-го начала 19-го века, образцовом свидетельстве того, чего могла бы добиться страна, если бы ею руководили столь талантливые и благородные люди. Для Гомеля, которым семья Румянцева владела как имением, он стал настоящим добрым гением- пригласив британских архитекторов, он строил церкви различных конфессий, больницы, учебные заведения, организовал первую в империи т.н. «ланкастерскую» школу, в которой могли учиться крестьянские дети, будучи сторонником теории Адама Смита, строил мануфактуры, на которых внедрял передовые методы управления и работы. При этом, пытаясь привить на родной земле прогрессивные экономические и производственные методы, он самым активным образом способствовал историческим изысканиям, организовывал разнообразные археологические экспедиции, архивные работы, издавал труды по истории Беларуси. После его смерти брат, согласно его завещанию, передал город государству. Разумеется, после революции память о «хорошем» царском чиновнике постарались стереть из памяти горожан- улицу его имени переименовали, большинство сооружений уничтожили и проч., однако с начала девяностых он снова стал здешним культурным героем.
Памятник Николаю Петровичу Румянцеву
Дворец Румянцевых-Паскевичей, образец российского классицизма.
Собор Петра и Павла, ещё один клацисситический шедевр: строго и со вкусом.
Часовня-усыпальница князей Паскевичей, славная башенка а-ля собор Василия Блаженного.
Так же мы побывали в очень интересной библиотеке Паскевича, видного полководца, героя войны с Наполеоном и турецких войн, а также славного подавителя польского национально-освободительного движения- в чём его, пожалуй, было бы не особенно разумно обвинять, учитывая о-времена-о-нравы. Этот человек, ставший самым молодым фельдмаршалом в российской истории, которому посвящал восторженные строчки Пушкин, собрал превосходную библиотеку, пополнявшуюся его потомками, не чуждыми муз- его невестка, к примеру, стала первым переводчиком «Войны и мир» на французский язык. Я провёл восхитительный час, разглядывая старые фолианты- экскурсовод была очень мила, интересно рассказывала об истории собрания, но о самих книгах, в том числе весьма известных, имела смутное представление. Так, зачем-то рассказывая о содержании «Тристрама Шенди» Стерна- хотя я поспешил предупредить её, что читал роман- явно спутала его с другим произведением Стерна, «Сентиментальным путешествием», и явно не знала, что Фенимор Купер- американский писатель.
На улице двое молодых людей, парень и девушка, обратили внимание на наши сербские футболки. Узнав, что мы иностранцы, они спросили, что мы успели повидать, и предложили показать нам оставшиеся достопримечательности. Мы с благодарностью согласились, нас загрузили в машину и отвезли к охотничьему домику Румянцева, новому костёлу и паре красивых зданий. По дороге мы разговорились- беседа началась с вопроса о том, что, на самом деле, произошло в Осетии, поскольку у них доступна только официальная точка зрения о благородной и победоносной России и коварной злобной Грузии. Моя позиция в связи с конфликтом их явно разочаровала, и я поспешил расспросить их о телевидении. В общем, они рассказали мне примерно то, что я слышал и раньше- на телевидении, помимо белорусских каналов, господствуют российские, но даже на них новостийные выпуски подвергаются жёсткой цензуре. Есть некий оппозиционный заграничный канал, который можно поймать по спутнику, но его программы мало кто видел. «А Интернет?» Монополией на Интернет владеет государство, и поэтому он довольно дорог и, главное, медленен, и потому не распространён. Кстати сказать, я заходил в один из Интернет-клубов- он, вместе с какими-то телефонными коммуникациями, размещался в учреждении под названием «Центральный пункт коллективного пользования»- и обратил внимание на очередь: мне сказали, что в городе есть и другие интернет-клубы, но этот единственный «быстрый». В общем, эти двое рассказали много всего о прелестях современной Беларуси- о полном замалчивании ситуации с радиацией; о химическом заводе, выстроенном за городом, с такой неудачной розой ветров, что город постоянно накрывает волной зловония, не говоря уже о том, что новые районы строят рядом с ним, о настоящих горах отходов, которые хотели купить и оттранспортировать японцы, и которые японцам не продали, решив, что раз они так нужны японцам, то белорусам они нужнее, хотя никто не знает, что с ними делать (аналогичная история произошла в Кривом Рогу в начале 80-х- японцы предлагали бесплатно поставить на заводах очистительные фильтры с тем, чтобы забирать осадок, некие ценные металлы, но наши руководители предпочли, чтобы эти металлы не доставались врагу, а оседали в лёгких криворожцев); о планомерном уничтожении белорусской культуры- языка, литературы, музыки, памятников старины, в частности, о снесении старых зданий в Гродно и заложении 500-летней брусчатки плиткой; об оппозиции, которая, по всей видимости, является искусственным, карманным созданием режима, давно физически уничтожившего или изгнавшего настоящих оппозиционеров.
Вечером мы отправились в ночной клуб, который как Интернет, так и гомельчане, которых мы спрашивали, рекомендовали как лучший в городе- «если у вас, конечно, есть деньги». В баре и дискотеке клуба никого не было, и мы уселись в ресторане, где несколько столиков были заняты. Оформление- неуютный хайтековский стиль, жёлтые стены, узкие розовые покрывала накрест через белые, телевизоры с подборкой клипов Кайли Миноуг, гремящая электроника из пустой дискотеки, множество медлительных неулыбчивых официанток- Никола вспомнил, как в ресторане минской гостиницы он полчаса дожидался яичницы, в результате подгоревшей, в окружении полудесятка мрачных официантов.
-Я возьму гиннесс, -сказал я Николе.
-У них есть гиннесс?
-Ну разумеется, -я снисходительно ткнул его в меню, -в Белоруссии всё есть.
-Гиннесс? –официантка посмотрела на меня с таким недоумением, как будто впервые услышала это слово, и, я
бы сказал, с осуждением. Я даже смешался.
-Ну да, -говорю, -вот, у вас указано.
-Нет, нету гиннесса.
Была балтика, славутич и какое-то белорусское пиво, более дорогое, чем гиннесс, от которого мы решили воздержаться, потому что пиво производят в гомельской области, и заказали копеечную фанту. Через некоторое время толстая тётка со значком «Администратор» стала обходить занятые столики.
-У нас с десяти вход платный. Если вы останетесь, вы должны будете заплатить.
Никола был ошеломлён.
-Но ведь мы пришли до десяти.
-Бесплатно вы можете находится только до десяти, а сейчас вы должны решить, остаётесь вы или уходите.
-Тогда, -говорю, -мы хотели бы получить счёт.
Администратор кивнула и ушла, однако никакого счёта мы не получили. Минут через пять я подозвал одну из официанток и попросил её принести счёт. Она тоже кивнула и ушла- и больше я её не видел. В результате, когда другая официантка принесла нам счёт, была уже половина одиннадцатого- с десяти туда не вошёл ни один человек. Когда мы уходили, танцпол и бар были по-прежнему пусты.
На улице Николу поразила скудость освещения.
-Экономят электричество, -говорю, -и правильно делают- людей всё равно почти нет.
И всё же ночная жизнь в Гомеле продолжалась. Мы зашли в кинотеатр, надеясь скоротать время до 2-хчасового поезда, и нам на перехват бросился какой-то потрёпанный тип в спортивном костюме. Оказалось, кино уже закончилось, а с 11-ти вечера здесь платная дискотека. По соседству был ресторан, возле которого толпились приличного вида молодые люди, которые возмущённо галдели, мол, что это такое- говорят, свободных мест нет, а вон же, видно через дверь, половина мест свободно,ну ничего, может, через полчасика откроют. Когда мы уходили, я обратил внимание, что постеры к «Красавчику» и «Мумии», которые шли в кинотеатре, выглядят как-то странно. Оказалось, что они были нарисованы от руки. На другом кинотеатре в центре содержание плакатов ограничивалось разноцветными названиями картин.
Побродив по городу- на улицах стоял настоящий смрад, я подозреваю, проявила себя упомянутая роза ветров над химическим заводом- мы в результате наткнулись на очень симпатичную забегаловку, как я понял, единственную, работающую в городе в это время, забитую народом, прокуренную, с приветливым и быстрым обслуживанием.
Когда мы гуляли по Гомелю после 12-ти, Николу просто потрясла вещь, которая лично мне казалась совершенно естественной- потом он просто изводил меня воспоминаниями о ней: в домах практически не горел свет. Сначала он всё пытался убедить меня, что это не жилые здания, что этого просто не может быть, но потом в некоторых мы всё же обнаружили светящиеся окна- по одному, по два на квартал. Я сказал, считаю это совершенно нормальным- заняться ночью нечем, друзей в вечер понедельника никто не зовёт, читать на ночь мало кто станет. «Ну а телевизор смотреть? А просто сидеть с семьёй?» Я сказал, что, думаю, в такой стране будничный дневной распорядок, навязываемый Системой, постепенно подчиняет себе образ жизни отдельного человека. Насколько я помню, в СССР жизнь тоже затихала после девяти вечера. Хочу отметить, что Никола всегда жаловался на своих соотечественников, на молодёжь, у которых день будто начинается после 12-ти ночи- мол, лентяи, разгильдяи и паразиты, но тут он сказал, что это ещё хуже, что это болезненно, неестественно, ненормально.
И всё-таки Никола утверждал, что я вижу всё в чёрном свете, что на самом деле Лукашенко молодец и в Белоруссии очень много хорошего. «Что, например?» «Ну, тут очень чисто, никакого граффити». Совершенно верно, очень чисто, и граффити нет. «Предпочитаю, чтобы всё было завалено мусором, ещё что?» «Ну, он защищает отечественного производителя». То есть препятствует появлению на рынке продукции иностранных производителей- я вовсе не уверен, что это так уж хорошо, учитывая опыт знакомства с отечественными бытовыми приборами и тем обстоятельством, что один из крупнейших мясокомбинатов, пивоваренные заводы и проч. находятся в радиоактивной гомельской области. «Ну, и он защищает своих граждан от Запада». И при этом уничтожает самобытную национальную культуру.
Когда я в начале упоминал о том, что ситуация несколько превзошла мои плохие ожидания, я говорил в первую очередь о людях. Именно люди- за редким исключением, о некоторых я упоминал- произвели на меня наиболее гнетущее впечатление. В самом начале нашего гомельского вояжа, когда мы сидели на одной из двух главных гомельских улиц, улице Ленина, и обедали своими припасами, Никола поэтично озвучил мои собственные мысли:
-Посмотри, они идут, как зомби, как в «84-м»- тихие, безучастные, почти никто ни с кем не разговаривает.
В самом деле, гомельчане- Никола уверял, что в других белорусских городах люди такие же- кажутся удивительно апатичными. В упомянутой мной ночной забегаловке, среди неформальной молодёжи была совершенно нормальная, непринуждённая, живая атмосфера, но это было бросающимся в глаза диссонансом в общем ритме. Когда мы обращались к людям, нам обычно отвечали неприветливо, односложно и даже испуганно. Я далёк от мысли, что режим Лукашенко так их затюкал, на мой взгляд, наоборот- именно из-за этого безразличия, какой-то бросающейся в глаза ограниченности большинство и выбирает его раз за разом, а потом уверяет, что мы мол всем довольны.
Очень показательный момент- несколько раз нам попадались плакаты, напоминавшие о том, что через месяц должны пройти парламентские выборы, и при этом никаких признаков предвыборной кампании. Я несколько раз спрашивал, что это у вас за выборы такие, и каждый раз ответ был примерно таков: «Выборы? Какие выборы? А, ну да, висят же какие-то плакаты». Никола вспомнил, как во время его первого визита в Беларусь, когда у них проходили выборы президента, на таможне его спросили, не ввозит ли он иностранные газеты с посящёнными им статьями.
В завершение хочу сказать о сравнении Беларуси Лукашенко с СССР- может показаться, что Беларусь осовремененный вариант Союза, с относительным товарным изобилием и очевидными признаками современной городской жизни, однако с моей точки зрения это лишь плохая карикатура, нелепый проект повернуть вспять жизнь целой страны и законсервировать её. Обладая множеством пороков СССР, Беларусь лишена его достоинств, в первую очередь, мощи и обаяния его культуры и искусства, являясь, по сути, аграрным вариантом латиноамериканской «банановой республики», жалким анахронизмом, настоящим «сонным царством».
Last edited:
Re: Мы едем-едем-едем
я хочу туди
сукня на другому фото просто моя мрія.
Хочу в Гомель:crying:
:wow:
я хочу туди
сукня на другому фото просто моя мрія.
Хочу в Гомель:crying:
Doerty
White Russian Protestant Antiracist
Re: Мы едем-едем-едем
А кстати да, платье отменно. Если кто заинтересовался- платьем или ещё чем- в Гомель пять автобусов в день едет, ну и поезд.
А кстати да, платье отменно. Если кто заинтересовался- платьем или ещё чем- в Гомель пять автобусов в день едет, ну и поезд.
locomotive breath
капітан крєйсєра "Свєта"
Re: Мы едем-едем-едем
трохи заоффтоплю: хтось останнім часом пробував отримати візу в нідерланди або польщу?
я збирався отримати шенген в нідерландському посольстві, є досвід кількох знайомих, які отримали без проблем.
але у мене в місті відкрилось польське консульство, і кажуть, там теж легко отримати візу.
трохи заоффтоплю: хтось останнім часом пробував отримати візу в нідерланди або польщу?
я збирався отримати шенген в нідерландському посольстві, є досвід кількох знайомих, які отримали без проблем.
але у мене в місті відкрилось польське консульство, і кажуть, там теж легко отримати візу.
usyara
Moderator
Re: Мы едем-едем-едем
ну держите небольшой фотоотчет:
Lords Beach Hotel, Sharjah - там я жил
Dubai Metro:
Burj Al Arab:
Hotel Atlantis:
Dubai Tween Towers:
Burj Al Chalifa - 828 метров
Вечерняя улица в Dubai:
Dubai Fountains:
Burj Al Chalifa
Индийский океан на територии Султаната Оман
закат солнца над персидским заливом
сафари
а такие рисунки там делают хной
belly dance
ну держите небольшой фотоотчет:
Lords Beach Hotel, Sharjah - там я жил
Dubai Metro:
Burj Al Arab:
Hotel Atlantis:
Dubai Tween Towers:
Burj Al Chalifa - 828 метров
Вечерняя улица в Dubai:
Dubai Fountains:
Burj Al Chalifa
Индийский океан на територии Султаната Оман
закат солнца над персидским заливом
сафари
а такие рисунки там делают хной
belly dance
why you
.
Re: Мы едем-едем-едем
пару лет назад)
то, что осталось от памятника после того, как на него обрушился осколок 11 сентября
NYC
NYC
NYC
NYC
NYC
Памятник погибшим в корейской войне
Памятник погибшим морякам
Смотрят на Статую свободы в поисках свободы
Нью Йорк Янкис шоп
да
около самой большой библиотеки США (или НЮ, не помню уже)
:smile:
Бруклин, окраины НЮС
Овидо, Флорида
Овидо, Флорида. -45 С. пусто
Инквизиция в пути
Свадьба. Все должны быть в одинаковых костюмах
пару лет назад)
то, что осталось от памятника после того, как на него обрушился осколок 11 сентября
NYC
NYC
NYC
NYC
NYC
Памятник погибшим в корейской войне
Памятник погибшим морякам
Смотрят на Статую свободы в поисках свободы
Нью Йорк Янкис шоп
да
около самой большой библиотеки США (или НЮ, не помню уже)
:smile:
Бруклин, окраины НЮС
Овидо, Флорида
Овидо, Флорида. -45 С. пусто
Инквизиция в пути
Свадьба. Все должны быть в одинаковых костюмах
kingstreet
formspring.me/kingstreet
Re: Мы едем-едем-едем
ого
ого
Фантом
vinyl 5"
- Sex
- мужской
- Messages
- 2,674
- Joined
- Jan 5, 2009
- Reaction score
- 4,219
Doerty
White Russian Protestant Antiracist
Re: Мы едем-едем-едем
Мне захотелось одной старой историей обновить тему, однако я не смог её найти и решил, что время, стирающее во прах величайшие цивилизации, отправляющее в небытие великих мужей вместе с их деяниями не пощадило и нашу летопись странствий. Однако выяснилось, что в действительностью жертвой времени стала лишь моя память, из которой изгладилась строка непревзойдённого поэтического искусства Сергея Михалкова, так что я попросту забыл название. Но есть среди нас человек, над которым не властны колебания часового маятника- Толик Нук бросил мне нужную ссылку, и вот мы снова здесь.
Итак, летом 2008-го я отправился вместе с лучшим другом-сербом в путешествие по его стране, ожидая особенно увлекательных туристических свершений. Отпуск действительно оказался весьма удачным- в Белграде я чудом увернулся от резиновых пуль и дубинок полицейских, отделавшись лёгким испугом и запоминающимся знакомством со слезоточивым газом (Сербия была взбудоражена поимкой Радована Караджича и его выдачей Гаагскому трибуналу, но избегнем соблазна уклониться от темы), а в ходе поездки по западу страны мне удалось нелегально перейти боснийскую границу и побывать на воспетом Иво Андричем Мосту На Дрине. Но ещё до встречи с товарищем, в Будапеште, я выпил самый дорогой виски в своей жизни.
По характеру я осторожен и робок, отнюдь не склонен участвовать в рискованных затеях, к тому же привык доверять внутреннему голосу, предупреждающему меня об опасности. Однако подчас я становлюсь жертвой безрассудного любопытства. Этот надоедливый бес с его бормотанием «А что будет, ну а что будет?..» и сыграл со мной злую шутку в венгерской столице, где я остановился на пару дней, воспользовавшись транзитной визой. Первый день я потратил на поиски посольства Боснии и Герцеговины, рассчитывая получить разрешение на въезд, но его сотрудники дружелюбно объяснили, что за визой мне придётся ехать в Румынию. В свой хостел- выбранный мною из-за названия, «Yellow Submarine», -я возвращался уже под вечер. За несколько метров от входа я обнаружил дверь под вывеской «Night Club» с обещаниями развлечений и угощений, а также выведенной крупными буквами надписью «Free Enter». Стоявший перед ней человек склонился с восклицаниями «Милости прошу, пожалуйста, проходите, ваше посещение будет честью для нас, вы не пожалеете о своём выборе». Из моей памяти изгладился тот ломанный английский, на котором мы общались, но осталось впечатление вот этой неуклюжей высокопарности. Не знаю, почувствовал ли я угрозу в его лакейских ужимках или в чём другом, но у меня возникло вполне ясное ощущение, что соваться туда не следует. Но- что будет, если всё-таки зайти? По неясной причуде мне показалось обидным не узнать. Я поблагодарил за услужливо раскрытую дверь и спустился в подвальное помещение.
Я понял, что не задержусь надолго- хай-тек, зеркала, из публики лишь несколько подозрительного вида бородачей, глазевших на извивавшуюся у шеста танцовщицу. Сверившись с меню, я заказал предупредительному официанту порцию «Ballantine’s». Вместе со стаканом с виски и льдом появились две девушки в поблескивающих бикини, усевшиеся с двух сторон от меня и попросившие официанта принести им бутылку токайского. Догадка, что меня хотят заставить заплатить за вино, не слишком меня обеспокоила, поскольку его цена была терпимой. Одна из девушек была жизнерадостной красавицей, вторая была непривлекательна и говорила с какой-то унылой серьёзностью, плохо шедшей к её наряду, и после первых вопросов в жанре «Were you came from?» (я сразу пожалел, что не представился жителем страны, способной постоять за своих граждан) роли разделились, как в молодёжной комедии- красавица расспрашивала меня о личной жизни, вторая смогла поддержать разговор о фильмах Фабри и Янчо. Помню, красавица поинтересовалась, буду ли я возвращаться домой пешком или на такси- заподозрив, что она хочет выяснить, не из соседнего ли я хостела, я ответил, что, вероятно, возьму такси, хотя, возможно, мне и захочется пройтись. Наконец, красавица спросила, не хочу ли я подняться в уютную комнату и заняться с нею сексом и некоторое время настаивала, кокетничая и канюча, но я заверил её, что это расходится с моими религиозными убеждениями. «В таком случае, наверно, ты хочешь попросить счёт». Я допил виски, утративший из-за льда всякий аромат и вкус, и кликнул официанта. Она прошептала мне на ухо, что я зря отказался от секса, поскольку он всё равно включён в стоимость.
В принесённом счёте под суммой в форинтах был для удобства указан перевод в евро- 680. За что именно предлагалось их заплатить, я смотреть не стал, рассудив, что не имеет смысла возмущаться и вступать в спор: сумму в 50 евро можно было бы счесть мошенничеством, здесь же речь шла об откровенном грабеже. Помню, что не испытывал страха, лишь холодную ненависть к себе самому. Я достал из кошелька полсотни форинтов, из потайного кармана- 500 евро. Официант извлёк калькулятор и принялся с невозмутимым видом складывать, умножать, вычитать, как будто для него в порядке вещей было видеть, как 500 евро выкладывают за порцию виски. Озвучив в форинтах и евро недоданное, он, не меняя вкрадчивого тона, осведомился, быть может, у меня остались ещё форинты? быть может, у меня остались ещё евро? быть может, у меня остались доллары? быть может, у меня есть деньги в иной валюте? быть может, я могу снять деньги с кредитной карточки? Я качал головой, улыбаясь улыбкой Будды. «Я поговорю с менеджером, не волнуйтесь, выход найдётся».
Пока он отсутствовал, я продолжил болтать с девушками, вернее, с красавицей, поскольку её подруга совсем притихла. Вернувшийся официант сообщил, что у меня есть два варианта, первый- заплатить. И смолк. «А второй, -спрашиваю, -вариант?» «Какой второй вариант? Второго варианта нет». «Хорошо, могу я сам поговорить с менеджером?» Официант провёл меня к стойке, где стоял менеджер, уставившийся на меня с нарочитой, комичной свирепостью, насупив брови, выпятив подбородок. Это был давешний зазывала, и его кривляние показалось мне позёрством садиста, для которого нелепые попытки напугать свою жертву служат прелюдией к расправе. Поблизости я заметил ещё двоих посматривавших на меня мужчин, возле наружной двери, к которой вела длинная лестница, скучал здоровяк в тёмном костюме. «Могу я увидеть счёт ещё раз?» Помедлив, зазывала мрачно кивнул и отошёл. Я бросился вверх по лестнице. За спиной раздались заполошные крики, здоровяк бросился навстречу и обхватил рукой мою голову, но мне- подчас Небеса наделяют невинных силой- удалось вырваться, оттолкнуть его и выбежать на улицу.
За мной гнались с угрожающими воплями, и я, промчавшись мимо хостела, пробежал ещё квартал. Остановившись, я возблагодарил Бога за избавление, промокнул платком разбитую губу и спросил прохожего о ближайшем полицейском участке. Какое-то время я шёл в указанном направлении, но воспоминания о знакомых, ставших в Венгрии жертвами полицейского самодурства, собственный опыт общения с венгерскими таможенниками, ссадившими меня с поезда- о чём вы уже знаете, -и мысль о том, что подобное заведение не может существовать без прикрытия привели меня к уверенности, что жалоба приведёт лишь к тому, что меня выдворят из шенгенской зоны как субъекта, устраивающего в злачных местах дебоши и удирающего, не заплатив. Я решил, что это происшествие не должно омрачить отпуск и отправился бродить по городу - и, признаться, хорошо провёл время. В ходе этой прогулки я разговорился с венграми, которые, объяснив, как пройти к Дунаю, поинтересовались, что с моим лицом. Услышав, что меня ограбили, они стали описывать уловки, с помощью которых местные преступники очищают карманы гостей города. Чуть ли не первым, о чём я услышал, были «ночные клубы, где иностранцу предъявляют счёт на сумму, которая заведомо превосходит его возможности. Его избивают, пока он не отдаёт всё, что у него есть. Эти клубы легко узнать- по надписи «Free Enter»».
Следующий день я провёл на экскурсиях- обнаружив, что за ночь обошёл исторический центр по обе стороны Дуная, -а вечером отправился в заведение, рекомендованное портье («А ночной клуб рядом с вами?» «Нет-нет, идти туда я вам не советую»), которое оказалось упоительным сочетанием джазового фестиваля и художественной выставки, единственным ночным клубом из всех, где я побывал, где мне хотелось бы оказаться снова. Я уехал из Будапешта с убеждением, что не только город восхитительно красив, но и его жители, о которых говорят столько плохого, доброжелательны и умны- за некоторым исключением. А благодаря инциденту, из-за которого я потерял большую часть отпускных денег, я приобрёл опыт, быть может, и стоивший потраченных средств. Я понял, что следует прислушиваться к дурным предчувствиям, что нужно десятой дорогой обходить венгерские ночные клубы с надписью «Free Enter» и что, заказывая виски, необходимо предупреждать, чтобы в него не клали лёд.
Мне захотелось одной старой историей обновить тему, однако я не смог её найти и решил, что время, стирающее во прах величайшие цивилизации, отправляющее в небытие великих мужей вместе с их деяниями не пощадило и нашу летопись странствий. Однако выяснилось, что в действительностью жертвой времени стала лишь моя память, из которой изгладилась строка непревзойдённого поэтического искусства Сергея Михалкова, так что я попросту забыл название. Но есть среди нас человек, над которым не властны колебания часового маятника- Толик Нук бросил мне нужную ссылку, и вот мы снова здесь.
Итак, летом 2008-го я отправился вместе с лучшим другом-сербом в путешествие по его стране, ожидая особенно увлекательных туристических свершений. Отпуск действительно оказался весьма удачным- в Белграде я чудом увернулся от резиновых пуль и дубинок полицейских, отделавшись лёгким испугом и запоминающимся знакомством со слезоточивым газом (Сербия была взбудоражена поимкой Радована Караджича и его выдачей Гаагскому трибуналу, но избегнем соблазна уклониться от темы), а в ходе поездки по западу страны мне удалось нелегально перейти боснийскую границу и побывать на воспетом Иво Андричем Мосту На Дрине. Но ещё до встречи с товарищем, в Будапеште, я выпил самый дорогой виски в своей жизни.
По характеру я осторожен и робок, отнюдь не склонен участвовать в рискованных затеях, к тому же привык доверять внутреннему голосу, предупреждающему меня об опасности. Однако подчас я становлюсь жертвой безрассудного любопытства. Этот надоедливый бес с его бормотанием «А что будет, ну а что будет?..» и сыграл со мной злую шутку в венгерской столице, где я остановился на пару дней, воспользовавшись транзитной визой. Первый день я потратил на поиски посольства Боснии и Герцеговины, рассчитывая получить разрешение на въезд, но его сотрудники дружелюбно объяснили, что за визой мне придётся ехать в Румынию. В свой хостел- выбранный мною из-за названия, «Yellow Submarine», -я возвращался уже под вечер. За несколько метров от входа я обнаружил дверь под вывеской «Night Club» с обещаниями развлечений и угощений, а также выведенной крупными буквами надписью «Free Enter». Стоявший перед ней человек склонился с восклицаниями «Милости прошу, пожалуйста, проходите, ваше посещение будет честью для нас, вы не пожалеете о своём выборе». Из моей памяти изгладился тот ломанный английский, на котором мы общались, но осталось впечатление вот этой неуклюжей высокопарности. Не знаю, почувствовал ли я угрозу в его лакейских ужимках или в чём другом, но у меня возникло вполне ясное ощущение, что соваться туда не следует. Но- что будет, если всё-таки зайти? По неясной причуде мне показалось обидным не узнать. Я поблагодарил за услужливо раскрытую дверь и спустился в подвальное помещение.
Я понял, что не задержусь надолго- хай-тек, зеркала, из публики лишь несколько подозрительного вида бородачей, глазевших на извивавшуюся у шеста танцовщицу. Сверившись с меню, я заказал предупредительному официанту порцию «Ballantine’s». Вместе со стаканом с виски и льдом появились две девушки в поблескивающих бикини, усевшиеся с двух сторон от меня и попросившие официанта принести им бутылку токайского. Догадка, что меня хотят заставить заплатить за вино, не слишком меня обеспокоила, поскольку его цена была терпимой. Одна из девушек была жизнерадостной красавицей, вторая была непривлекательна и говорила с какой-то унылой серьёзностью, плохо шедшей к её наряду, и после первых вопросов в жанре «Were you came from?» (я сразу пожалел, что не представился жителем страны, способной постоять за своих граждан) роли разделились, как в молодёжной комедии- красавица расспрашивала меня о личной жизни, вторая смогла поддержать разговор о фильмах Фабри и Янчо. Помню, красавица поинтересовалась, буду ли я возвращаться домой пешком или на такси- заподозрив, что она хочет выяснить, не из соседнего ли я хостела, я ответил, что, вероятно, возьму такси, хотя, возможно, мне и захочется пройтись. Наконец, красавица спросила, не хочу ли я подняться в уютную комнату и заняться с нею сексом и некоторое время настаивала, кокетничая и канюча, но я заверил её, что это расходится с моими религиозными убеждениями. «В таком случае, наверно, ты хочешь попросить счёт». Я допил виски, утративший из-за льда всякий аромат и вкус, и кликнул официанта. Она прошептала мне на ухо, что я зря отказался от секса, поскольку он всё равно включён в стоимость.
В принесённом счёте под суммой в форинтах был для удобства указан перевод в евро- 680. За что именно предлагалось их заплатить, я смотреть не стал, рассудив, что не имеет смысла возмущаться и вступать в спор: сумму в 50 евро можно было бы счесть мошенничеством, здесь же речь шла об откровенном грабеже. Помню, что не испытывал страха, лишь холодную ненависть к себе самому. Я достал из кошелька полсотни форинтов, из потайного кармана- 500 евро. Официант извлёк калькулятор и принялся с невозмутимым видом складывать, умножать, вычитать, как будто для него в порядке вещей было видеть, как 500 евро выкладывают за порцию виски. Озвучив в форинтах и евро недоданное, он, не меняя вкрадчивого тона, осведомился, быть может, у меня остались ещё форинты? быть может, у меня остались ещё евро? быть может, у меня остались доллары? быть может, у меня есть деньги в иной валюте? быть может, я могу снять деньги с кредитной карточки? Я качал головой, улыбаясь улыбкой Будды. «Я поговорю с менеджером, не волнуйтесь, выход найдётся».
Пока он отсутствовал, я продолжил болтать с девушками, вернее, с красавицей, поскольку её подруга совсем притихла. Вернувшийся официант сообщил, что у меня есть два варианта, первый- заплатить. И смолк. «А второй, -спрашиваю, -вариант?» «Какой второй вариант? Второго варианта нет». «Хорошо, могу я сам поговорить с менеджером?» Официант провёл меня к стойке, где стоял менеджер, уставившийся на меня с нарочитой, комичной свирепостью, насупив брови, выпятив подбородок. Это был давешний зазывала, и его кривляние показалось мне позёрством садиста, для которого нелепые попытки напугать свою жертву служат прелюдией к расправе. Поблизости я заметил ещё двоих посматривавших на меня мужчин, возле наружной двери, к которой вела длинная лестница, скучал здоровяк в тёмном костюме. «Могу я увидеть счёт ещё раз?» Помедлив, зазывала мрачно кивнул и отошёл. Я бросился вверх по лестнице. За спиной раздались заполошные крики, здоровяк бросился навстречу и обхватил рукой мою голову, но мне- подчас Небеса наделяют невинных силой- удалось вырваться, оттолкнуть его и выбежать на улицу.
За мной гнались с угрожающими воплями, и я, промчавшись мимо хостела, пробежал ещё квартал. Остановившись, я возблагодарил Бога за избавление, промокнул платком разбитую губу и спросил прохожего о ближайшем полицейском участке. Какое-то время я шёл в указанном направлении, но воспоминания о знакомых, ставших в Венгрии жертвами полицейского самодурства, собственный опыт общения с венгерскими таможенниками, ссадившими меня с поезда- о чём вы уже знаете, -и мысль о том, что подобное заведение не может существовать без прикрытия привели меня к уверенности, что жалоба приведёт лишь к тому, что меня выдворят из шенгенской зоны как субъекта, устраивающего в злачных местах дебоши и удирающего, не заплатив. Я решил, что это происшествие не должно омрачить отпуск и отправился бродить по городу - и, признаться, хорошо провёл время. В ходе этой прогулки я разговорился с венграми, которые, объяснив, как пройти к Дунаю, поинтересовались, что с моим лицом. Услышав, что меня ограбили, они стали описывать уловки, с помощью которых местные преступники очищают карманы гостей города. Чуть ли не первым, о чём я услышал, были «ночные клубы, где иностранцу предъявляют счёт на сумму, которая заведомо превосходит его возможности. Его избивают, пока он не отдаёт всё, что у него есть. Эти клубы легко узнать- по надписи «Free Enter»».
Следующий день я провёл на экскурсиях- обнаружив, что за ночь обошёл исторический центр по обе стороны Дуная, -а вечером отправился в заведение, рекомендованное портье («А ночной клуб рядом с вами?» «Нет-нет, идти туда я вам не советую»), которое оказалось упоительным сочетанием джазового фестиваля и художественной выставки, единственным ночным клубом из всех, где я побывал, где мне хотелось бы оказаться снова. Я уехал из Будапешта с убеждением, что не только город восхитительно красив, но и его жители, о которых говорят столько плохого, доброжелательны и умны- за некоторым исключением. А благодаря инциденту, из-за которого я потерял большую часть отпускных денег, я приобрёл опыт, быть может, и стоивший потраченных средств. Я понял, что следует прислушиваться к дурным предчувствиям, что нужно десятой дорогой обходить венгерские ночные клубы с надписью «Free Enter» и что, заказывая виски, необходимо предупреждать, чтобы в него не клали лёд.
usyara
Moderator
Re: Мы едем-едем-едем
Побывал в Чернигове, тихий спокойный город с приятными ценами, но долго делать там нечего.
В первый день конечно огорчила погода, так как было ветренно, мокро и на градусов 10 холоднее чем в Киеве, поэтому гулять долго было не ок и мы попали в кино, внешне кинотеатр "Дружба" немного смутил, но оказался очень даже хорошим та и с ценой на билет 30 грн. 2го мая погода наладилась и получилось погулять часов 5 по свежему воздуху.
Вообще город понравился, это то место куда можно свалить на денек другой от Киевской суеты с минимальными затратами
Памятник Ленину:
Красная площадь:
Театр им. Т.Г.Шевченко:
Речной порт:
Черниговский вал:
Вокзал:
Памятник Т.Г.Шевченко:
Побывал в Чернигове, тихий спокойный город с приятными ценами, но долго делать там нечего.
В первый день конечно огорчила погода, так как было ветренно, мокро и на градусов 10 холоднее чем в Киеве, поэтому гулять долго было не ок и мы попали в кино, внешне кинотеатр "Дружба" немного смутил, но оказался очень даже хорошим та и с ценой на билет 30 грн. 2го мая погода наладилась и получилось погулять часов 5 по свежему воздуху.
Вообще город понравился, это то место куда можно свалить на денек другой от Киевской суеты с минимальными затратами
Памятник Ленину:
Красная площадь:
Театр им. Т.Г.Шевченко:
Речной порт:
Черниговский вал:
Вокзал:
Памятник Т.Г.Шевченко:
usyara
Moderator
Re: Мы едем-едем-едем
Побывал в Чернигове, тихий спокойный город с приятными ценами, но долго делать там нечего.
В первый день конечно огорчила погода, так как было ветренно, мокро и на градусов 10 холоднее чем в Киеве, поэтому гулять долго было не ок и мы попали в кино, внешне кинотеатр "Дружба" немного смутил, но оказался очень даже хорошим та и с ценой на билет 30 грн. 2го мая погода наладилась и получилось погулять часов 5 по свежему воздуху.
Вообще город понравился, это то место куда можно свалить на денек другой от Киевской суеты с минимальными затратами
Памятник Ленину:
Красная площадь:
Театр им. Т.Г.Шевченко:
Речной порт:
Черниговский вал:
Вокзал:
Памятник Т.Г.Шевченко:
Побывал в Чернигове, тихий спокойный город с приятными ценами, но долго делать там нечего.
В первый день конечно огорчила погода, так как было ветренно, мокро и на градусов 10 холоднее чем в Киеве, поэтому гулять долго было не ок и мы попали в кино, внешне кинотеатр "Дружба" немного смутил, но оказался очень даже хорошим та и с ценой на билет 30 грн. 2го мая погода наладилась и получилось погулять часов 5 по свежему воздуху.
Вообще город понравился, это то место куда можно свалить на денек другой от Киевской суеты с минимальными затратами
Памятник Ленину:
Красная площадь:
Театр им. Т.Г.Шевченко:
Речной порт:
Черниговский вал:
Вокзал:
Памятник Т.Г.Шевченко:
Bongzilla
free jazz improvisation
Re: Мы едем-едем-едем
был два дня в Тернополе.
влюбился в этот город с первого взгляда.облазил всё что можно.хочу в этом городе встречать старость.
реально файне мисто:up::up::up:
фото не прилагаю за неимением девайса, сорри.все впечатления в голове и сердце.
был два дня в Тернополе.
влюбился в этот город с первого взгляда.облазил всё что можно.хочу в этом городе встречать старость.
реально файне мисто:up::up::up:
фото не прилагаю за неимением девайса, сорри.все впечатления в голове и сердце.
