Сборник из восьми короткометражных лент «Влюблённые в Киев», о начале работы над которым было объявлено два года назад, добрался до отечественного кинопроката. Фильм, созданный по инициативе продюсера Владимира Хорунжего, в послужном списке которого значатся такие картины, как «Орнажлав» и «Муж моей вдовы», в некотором отношении можно считать довольно правдивым портретом украинской столицы.
Как правило, альманахи короткометражек состоят из работ именитых постановщиков, принимающих участие в коллективных упражнениях на заданную тему- так сказать, из «шуток гениев». В отечественной практике (в качестве наиболее известного примера можно назвать «Мудаков»), напротив, подобные киносборники являются возможностью проявить себя и заявить о себе для молодых кинематографистов, что заставляет присматриваться к образчикам этого жанра с особенным волнением, ведь именно эти начинающие режиссёры призваны сменить маститых мэтров, чьи попытки «возродить украинское кино» приняли столь удручающий оборот в недавнем «ТотКтоПрошёлСквозьОгонь».
Само название ленты заставляет вспомнить о едва ли не наиболее известном «городском» альманахе, фильме «Париж, я люблю тебя», который благодаря успешному прокату и фестивальным овациям приобрёл статус бренда, подчас эксплуатируемого без всякого стеснения. Очевидно, понимая, что сравнений с французским прототипом не избежать, создатели не без самоиронии признают эту преемственность в самом фильме- герой вступительной новеллы сетует на моду снимать ленты о любви к городу, почему бы, дескать, не поставить для разнообразия что-нибудь вроде «Москва, я не люблю тебя» (очевидно, автору этой шутки невдомёк, что независимые российские кинематографисты действительно работают над альманахом с таким названием).
Между тем, и в самих «Влюблённых» ни персонажи, ни авторы, похоже, не испытывают к столице особенной любви. Практически все короткометражки живописуют Киев торговых и деловых центров, Киев бутиков и ночных клубов, в лучшем случае- Киев пробок и беспорядочно снующих людских толп. Уберите из кадра Родину-мать, непременный проезд по Крещатику и ещё пару хрестоматийных меток, и немногие зрители поймут, в каком конкретно неуютном, лишённом исторической и культурной ауры обиталище безликих масс разворачивается действие. В этом смысле ленту можно принять как фиксацию- не столь важно, намеренную или невольную- трагедии Киева, при попустительстве властей и равнодушии своих граждан продолжающего утрачивать самобытный облик.
В некоторых работах тема ухода старого Киева, его атмосферы и обитателей, прослеживается и на сюжетном уровне. В сегменте Валерия Бебко «Потерянный в городе» молодая супружеская пара пытается отыскать некоего Полкана («простите, тут не пробегал бурый такой, хромоногий…»), оказывающемся выжившим из ума пенсионером, который, вообразив себя псом, раз за разом сбегает из семьи любящей внучки, чтобы отправиться на «мост влюблённых»- почему-то именно открывающийся там вид напоминает старику о лучших днях. В конце ленты Полкана отправляют «в деревню к тёте Ане», подальше от торжествующей поступи новых времён.
Особенно же ощутима эта проблематика в работе Тараса Ткаченко «Собачий вальс», посвящённой двум пожилым людям, отставному военному, подрабатывающему дворником, и учительнице музыки, живущим в обшарпанном флигеле, предназначенном на слом. Можно только приветствовать сказанное в ленте решительное «нет!» застройкам исторического центра и выраженное в ней сочувсткие к старым и одиноким. Однако и сама история, кажущаяся интерпретацией расхожих мотивов телемелодрам, и её карамельная тональность не позволяют сопереживать героям, которые, несмотря на усилия исполнивших роли Николая Олейника и Ады Роговцевой, похожи скорее на жанровые амплуа, чем на живых людей.
Это «телевизионное» обезличивание киноязыка, будто лишний раз подчёркивающее обезличивание, унификацию киевского пространства, характерно для всего альманаха, представляющегося очень цельным в том смысле, что, вне зависимости от выбранных тем, большинство лент кажутся снятыми одним режиссёром. Из фильма в фильм- всё та же аффектация всех доступных выразительных средств, липкая сериальная лирика, выданные на-гора эмоции с воплями, рыданиями и хохотом на крупный план, навязчивое музыкальное сопровождение, яркие, будто пластмассовые, цвета. Незатейливые и при этом оставляющие впечатление вымученности сюжеты «в одну строчку»: парень произносит монолог об избитости фразы «я тебя люблю», надоедливый, как философствования пьяного соседа по вагону метро; москвич, приехавший забрать загулявшего брата, околдованного киевской ведьмой, сам попадает в силки фам фатале; парень хочет приударить за увлечённой танцами красоткой, но без сменной обуви его не пускают на танцпол. Уже чисто драматургически эти истории столь плохо выписаны и небрежны, что оставляют впечатление видеонабросков, репетиций, в лучшем случае- студенческих курсовых. Так что заверения продюсеров, будто для реализации были отобраны лучшие из присланных девяноста сценарных заявок, вызывают даже какую-то оторопь.
Что ж, плачевная ситуация с украинским кинопроцессом предполагает некоторую снисходительность суждений, стремление оценивать не «по гамбургскому счёту», а с натяжкой в позитивную сторону, в счёт неких будущих свершений, «на вырост». Безусловно, и во «Влюблённых в Киев» можно найти повод для оптимизма- надежду на лучшее завтра внушает уже хотя бы обращение авторов к простым драмам простых людей, выход за пределы привычной для украинского кино тематики приключений казаков и злоключений олигархов. И, главное- в этой бочке дёгтя не обошлось и без ложки подлинного мёда: короткометражки Олега Борщевского «Рука», посвящённой попыткам немолодой дамы (блестящее исполнение Оксаны Ворониной) найти простое женское счастье с бесхозной мужской рукой. Фантастический приём с рукой-синекдохой придаёт особую выразительность этой пантомиме о взаимоотношениях полов с их иллюзиями, разочарованиями и упрямыми попытками преодолеть неизбывное одиночество. С оглядкой на работу Борщевского «Влюблённых в Киев» можно воспринимать как достаточно точный диагноз творчества отечественной киномолодёжи- если в коротком метре появляются подчас по-настоящему хорошие картины, то на появление достойных полнометражных лент всё ещё остаётся только надеяться.